Размышления о «Тазите» в кафе Белгорода

Проблематика поэмы «Тазит» включала пушкинские размышления о кавказской войне, о неизбежности дружбы между Россией и народами Кавказа, о проповеди гуманизма среди горцев, о вызревании в их среде новой, более высокой и просвещенной нравственности. Все это предопределило основной конфликт поэмы, существенно отличный от конфликта «Кавказского Пленника» и коллизий романтических поэм вообще.

Сегодня мы можем удобно устроиться с томиком «Тазита» в городском кафе в Белгороде, которое находится где-то рядом с улицей Пушкина. И это здорово – размышлять о вечном, ведь Пушкин для нашей страны – это вечное, и сам он тоже часто говорил о чем-то возвышенном, вечном. Тут надо заметить, что в планах поэмы «Тазит» Пушкин намечает несколько пунктов, связанных с мыслью о христианстве. В первом плане «Юноша и монах», «Битва — монах». Во втором — «Тризна», «Черкес христианин», «Миссионер».

Размышления о «Тазите» в кафе Белгорода

Слово «христианин» понимается Пушкиным в широком смысле. Оно своего рода синоним слова «гуманист». Христианин — совсем не обязательно тот, кто исповедует христианскую религию или обращен крещением в христианство. Пушкин указывает этим словом на гуманность и нравственную просвещенность человека. В его время наиболее просвещенной цивилизацией была европейская, общая религия которой — христианская. Поэтому успехи гуманизма связывались прежде всего с введением, распространением и авторитетом христианской религии в Европе. В таком значении слово «христианин» синонимично словам «европеец», «гуманист». В том же смысле употреблено Пушкиным и слово «Евангелие» (основной закон христианской религии, где изложены заветы гуманизма).

Обычность такого широкого понимания христианской религии в пушкинское время может быть продемонстрирована и цитатой из произведения Султана Казы Гирея «Долина Ажитугай», которое было помещено поэтом в «Современнике» и к которому Пушкин написал послесловие. В нем он восхищается тем, как «магометанин с глубокой думою смотрит на крест, эту хоругвь Европы и просвещения». Кстати сказать. Султан Казы Гирей был черкесом, хотя еще и не принявшим христианство в ту пору, когда состоялось его знакомство с Пушкиным, но уже служившим в русских войсках. Тем самым Пушкин мог убедиться в прозорливости своего предвидения: среди черкесов нашлись люди, понявшие необходимость дружбы с Россией.

На этой высокой ноте мы закончим нашу статью о великом русском поэте и писателе. После сытного обеда в кафе мы должны пройтись по улице, названной в честь поэта…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>